«Я спросил Ибн ‘Аббаса (да будет доволен Аллах им и его отцом) о совмещении хаджа с умрой, и он велел мне совершить это. Я спросил его о скоте, который должен принести в жертву паломник, и он ответил: "Верблюд, корова, овца, либо же ты можешь соучаствовать в жертвоприношении с другими паломниками"».

Абу Джамра однажды спросил Ибн ‘Аббаса (да будет доволен Аллах им и его отцом) о совмещении ‘умры с хаджем, и тот велел ему это. Затем он спросил его о жертвенном животном, ибо оно упомянуто в следующем аяте наряду с хаджем: «...Всякий, кто совмещает ‘умру и хадж, должен принести в жертву то, что сможет» (сура 2, аят 196). Ибн ‘Аббас сообщил ему, что он может принести в жертву либо верблюда, — это самое лучшее жертвенное животное, — либо корову, либо овцу, либо же одну седьмую часть верблюда или коровы, т. е. войти в долю жертвенного животного с другими паломниками, число которых может достигнуть семи человек. Один из спутников Абу Джамры был против совмещения хаджа с ‘умрой. Когда Абу Джамра заснул, он увидел сон, в котором какой-то человек кричал ему: «Безупречный хадж! Хадж, совмещённый с ‘умрой, принят!» Проснувшись, он пошёл к Ибн ‘Аббасу (да будет доволен Аллах им и его отцом), чтобы обрадовать его этим прекрасным сном, ибо добрый сон является одной из частей, оставшихся от пророчества. Ибн ‘Аббас (да будет доволен Аллах им и его отцом) обрадовался этому сну, усмотрев в нём указание на то, что Всевышний Аллах наставил его на истину, когда он отвечал на вопрос Абу Джамры. Поэтому Ибн ‘Аббас (да будет доволен Аллах им и его отцом) воскликнул: «Аллах Велик (Аллаху Акбар)! Такова Сунна Абу аль-Касима (да благословит его Аллах и приветствует)!»